В лесу, среди деревьев и тишины, он нашел ее. Девушка сидела на корнях старой сосны, съежившись, будто пытаясь стать невидимой. Взгляд ее был пустым, устремленным куда-то внутрь себя. Он, изучавший повадки лис, сразу увидел в ней ту же настороженность, то же молчаливое отчаяние загнанного зверька. Не думая, он подошел, предложил помощь. Она не ответила. Лишь позволила отвести себя в город, к людям.
А потом случилось другое. Нашли тело. Подруги той самой девушки, которую он привел из леса. И все улики, все косвенные свидетельства неумолимо указывали на него. На того, кто нашел ее первым. Полиция задавала вопросы, на которые у него не было ответов. Единственный свидетель, который мог бы что-то прояснить, та самая девушка — Дина, — молчала. Она не произносила ни слова. Не смотрела в глаза. Жила в своем замкнутом мире, куда, казалось, нет входа.
Он понял: чтобы очистить свое имя, нужно узнать правду. А правда была спрятана там, в той же лесной тиши, что жила в ее глазах. Ему предстояло почти невозможное — найти ключ к существу, отвернувшемуся от всего человеческого. Существу, которое не говорило, не доверяло, не шло на контакт. Как подобраться к дикой лисице, которая знает только страх? Как задать вопросы тому, кто разучился слышать? Расследование начиналось не со следов и улик, а с тишины. С попытки понять молчание.